Неугомонная блондинка - Страница 7


К оглавлению

7

Шутки шутками – но на Эжени Деверо покушались всерьез. Между прочим, световая граната, разорвавшаяся перед носом любой другой, НЕ ИЗ РОДА ДЕВЕРО, старушки семидесяти лет, вполне могла бы довести эту самую старушку до инфаркта. Каков же вывод?

Кто-то из противников неприличной выставки свихнулся окончательно и перешел к решительным действиям. Достал где-то гранату и взорвал перед носом у Эжени Деверо, прекрасно зная, что она не упадет в обморок и не помрет на месте, а стало быть, совершенно однозначно сумеет оценить предостережение.

При этом учтите: следил этот гад за Эжени, довел ее и сестрицу до самого музея, точно знал, что охрана в такое время дрыхнет или смотрит телевизор. Знал и то, что Эжени ходит без личной охраны. Господи, да кто в Луисвилле хоть когда-нибудь ходил с охраной? Даже мэр катается по воскресеньям на велосипеде в гордом одиночестве.

Эжени на предложение Рика охранять еще и ее ответила энергичным отказом. У нее, мол, есть Гектор – этого более чем достаточно…


Гектор поражал воображение. Он словно прямиком вышел из той эпохи, когда первых рабов, привезенных в Америку, отлавливали среди самых что ни на есть вождей и королей африканских племен.

Гектор был огромен, атлетически сложен и очень красив. Черт его знает, как выглядит эбеновое дерево, но кожа Гектора так и напрашивалась на это сравнение. Еще у него были на редкость тонкие и правильные черты лица и незлобивый характер. Великан Гектор был добряком – и окружающие этим пользовались вовсю.

Эжени и Элоди он патриархально называл «хозяйками», жил в доме Деверо с самого детства и выполнял самые различные функции –

от шофера до водопроводчика, от управляющего до дворника. Теперь вот и телохранителем стал…


Рик досадливо покачал головой. Упрямство Деверо вошло в поговорку, но все же Эжени стоило бы в первую очередь озаботиться своей безопасностью, а уж потом – племянницы. Ведь не Келли же устаивает выставку…

И быстро же она сообразила! О том, что Рик в городе, узнать было нетрудно: для такого тихого болота, как Луисвилль, это событие, да и приехал он неделю назад. Но сразу после нападения вспомнить, что Рик – частный сыщик и телохранитель… Эжени – потрясная бабка!

Рик даже не догадывался, что именно предшествовало его найму на работу…


Эжени нахмурилась и в сотый раз покачала головой.

– Все равно это ненормально! Нельзя выбирать себе мужа по весу, цвету глаз и отсутствию темперамента. Она молодая девка, что это за ерунда?!

Элоди пожала сухоньким плечиком.

– Не знаю, не знаю. Возможно, лет в сорок ей и стоило бы так поступить, но в двадцать пять… Думаю, у нее детская психотравма.

– Чего? Да-да, Элли, мы все помним, что третьим твоим любовником был психиатр из Детройта, но это не дает тебе права разговаривать на птичьем языке. Что еще за травма?

– Психо. Детская. Точнее – пубертатная латентная. Ужас, как мне все это тогда нравилось, надо же… Так вот, проще говоря, девочка – Келли – скучает по маме и одновременно ненавидит мамин образ жизни, из-за которого они и разлучились. Поэтому она подсознательно избегает романтических отношений и всяких, с ее точки зрения, глупостей.

– Отлично! И что нам делать? Сидеть и ждать, пока она окончательно превратится в занудную старую деву?

– Ну она же сказала…

– Вот именно! В ТЕХНИЧЕСКОМ смысле! К твоему сведению, старая дева – это состояние души.

– Знаешь, Эжени, я читала парочку ее книжек… довольно живо написано.

– Старая нимфоманка! А я вот считаю, что от ее писанины ей один вред. Сама посуди: Келли просто привыкает переживать все сильные чувства на бумаге, а в жизни превращается в скучную серую мышь.

Элоди раздраженно взмахнула рукой:

– Что ты предлагаешь? Отобрать у нее компьютер и запретить писать? Продать в дом терпимости? В гарем к шейху? Выдать замуж за Антонио Бандераса?

Эжени вскинула голову, и в глазах ее полыхнул дьявольский огонек.

– Смотри-ка, даже твою голову иногда посещают светлые мысли! Бандерас не Бандерас… Где у меня телефончик малыша Рика?..


Да, и пока не спрашивайте, откуда взялась световая граната!

3

– Вы что, издеваетесь надо мной?

– Простите, мисс, но что же я могу поделать, если мест нет? Мы и так пошли навстречу мадам Деверо, разумеется, мы сделали это, хотя вы сами прекрасно понимаете, перед праздниками, когда в городе полно туристов…

– Да наплевать на туристов! Я хочу номер с ДВУМЯ кроватями, понимаете? Я уже даже не прошу двух номеров или комнат – ДВЕ КРОВАТИ!

– Мне очень жаль, мисс…

Рик Моретти с улыбкой наблюдал за красной и злой, как оса, Келли Джонс. Несчастный портье уже почти скрылся за стойкой, на которую навалилась грозная блондинка, и только горестно всплескивал ручками, как бы подчеркивая безвыходность положения.

– Мисс Джонс, да поймите же вы меня! Я ничего не могу поделать, правда. У нас ведь совсем немного номеров, все они заняты, а что касается вашего номера, когда его заказала мисс Деверо…

– Мисс Деверо! Как же это я сразу не поняла! Эжени! Ах старая змея…

– Мисс Джонс, поймите…

– Да я понимаю все, отстаньте вы от меня! Вот пристал…

Рик кашлянул, улыбнулся деморализованному портье, железной рукой взял Келли под локоть и увел ее от стойки.

– Ну что, Страшила Джонс, кишка тонка? Боишься за свою девственность?

– Что-о? Да как ты…

– Боишься – так и скажи.

– Ничего я не боюсь!

– Так пошли в номер.

– Это мой номер. Ты будешь спать на коврике в коридоре.

– Не пойдет. Я – хранитель тела. Твоего. Я должен быть рядом.

7